Аукцион Bidspirit | Каталог аукционного дома Гелос, Москва,

Каталог аукционного дома Гелос, Москва, Продажа коллекции «Инкомбанка» от 13 апреля 2002 года - 100 с., илл. 21 х 30 см. В иллюстрированной обложке. В очень хорошем состоянии, незначительные потертости обложки. 13 апреля 2002 года в московском аукционном доме «Гелос» состоялась продажа коллекции Инкомбанка. Это событие, вызвавшее тогда немало разговоров, стало самым значительным за всю историю отечественного арт-рынка и до сих пор остается беспрецедентным. «Инкомбанк» — один из крупнейших наших банков 90-х годов — стал, пожалуй, и самой крупной жертвой кризиса 1998 года. Уже в октябре у него была отозвана лицензия, а в ноябре — введено временное управление. Согласно закону о банкротстве все имущество банка должно было распродаваться на аукционе. В качестве имущества рассматривалась и художественная коллекция. Собрание Инкомбанка насчитывало более 1000 произведений, 95% из которых — русское искусство XX в. Хитом коллекции считался четвертый вариант «Черного квадрата» Казимира Малевича (два хранятся в Третьяковке, один — в Русском музее), переданный в дар самарскому филиалу Инкомбанка в 1993 году. При передаче была произведена оценка произведения — 300 млн рублей (около 250 тысяч долларов). В 1994 году тот же самарский филиал приобрел еще две картины Малевича – «Автопортрет» и «Портрет жены». За две картины банк заплатил 10 млн рублей (около 5,5 тысячи долларов). Эксперты по-разному оценивали собрание банка: кто-то считал, что помимо нескольких шедевров в ней было очень много мусора, кто-то, напротив, говорил, что в ней было много высококлассных произведений, в первую очередь современного искусства. Как бы то ни было, но именно изобилием современного искусства (а также, конечно, хитами Малевича) коллекция Инкомбанка отличалась от многих других корпоративных собраний 90-х. В декабре 2001 года конкурсный управляющий Инкомбанка заключил договор с аукционным домом «Гелос» о продаже коллекции. Выбор «Гелос» был прост: коллекцию нельзя было вывозить за рубеж, так как после проведенной экспертизы она была признана исключительно важной и приобрела статус фактически национального достояния. А в России другого аукционного дома, кроме «Гелоса», просто не было. Все собрание было поделено на две части: коллекционная (вещи исключительной ценности, всего около 200 произведений, в том числе все три Малевича) и «товарная масса» (более 800 работ). После нескольких торгов по «товарной массе» должен был состояться коллекционный аукцион, назначенный на 13 апреля. Первые сенсации и скандалы начались уже на «товарных» торгах. Стартовые цены были до смешного низкими. Работы Валерия Кошлякова, Алены Кирцовой, Тимура Новикова и других признанных мастеров современного искусства стартовали всего с нескольких долларов или нескольких десятков долларов, в то время как в московских галереях аналогичные произведения этих же художников стоили на порядки выше. Галеристы обвинили «Гелос» в демпинге и непрофессионализме. Однако, по словам Олега Стецюры, президента аукционного дома «Гелос», стартовые цены устанавливали не они, а комитет кредиторов Инкомбанка, который, в свою очередь, руководствовался оценками экспертов, рекомендованных Минкультурой. То есть эти сотни вещей рассматривались не как произведения искусства, а как некое имущество, практически барахло (отсюда уничижительный термин «товарная масса»). Подтверждение тому — место хранения этой «товарной массы» до аукциона: на складе в районе «Автозаводской» рядом с побитыми компьютерами, унитазами и прочими предметами, находившимися на балансе Инкомбанка. По рассказам очевидцев, крыша текла, картины валялись прямо на полу, а дорожкой по грязи служил в том числе трехметровый холст Валерия Кошлякова, потом помытый и выставленный на коллекционные торги с эстимейтом 2,5 — 3 тысячи долларов. В общей сложности на «товарных» торгах было продано 846 вещей на сумму около 71 тысячи долларов. Все ждали 13 апреля – главного аукциона, на котором должен был продаваться «Черный квадрат» — главный хит коллекции и вообще одно из самых знаковых произведений искусства XX века. Он должен был стартовать с 1 млн долларов. Ажиотаж подогревался еще и тем, что за два года до этого другая картина Малевича была продана в Нью-Йорке за 17 млн долларов. 10 апреля, то есть за три дня до аукциона, в «Гелос» пришло письмо, подписанное руководителем департамента Минкультуры В.В. Петраковым. В нем представитель министерства сообщал, что в соответствии с законом Минкультуры «поставило на учет» картину Малевича «Черный квадрат», а также напоминал, что опять же согласно закону «при продаже памятников государство имеет преимущественное право покупки». Письмо заканчивалось словами: «В связи с вышеизложенным предлагаем Вам снять данную картину с открытых торгов». «Гелос» лишился главного хита торгов, а наблюдатели – возможной сенсационной цены. Всеобщее возбуждение подогревалось тем, что судьба снятой с торгов картины оставалась неизвестной. Публике сообщили нечто уклончивое,