Аукцион Bidspirit | Галковский, Д. Е. Уткоречь: Антология

Галковский, Д. Е. Уткоречь: Антология советской поэзии. - Сост., предисловие Д. Е. Галковский; Послесл. Валентин Курбатов; Оформление, художник Давид Бараб-Тарле. Псков: Псковская областная типография, 2002 г., 400 с., 23,5 х 16,5 см. Мягкие издательские обложки.  Коллекционное состояние.  Автограф автора на титульном листе.  Поэзия есть вид искусства частный, камерный. В эпоху эпическую, так сказать, «вокальную», значение поэзии огромно. Через ее мычание и рифмическое заикание прорезается голос нации. Но потом область поэтического творчества катастрофически сужается, дает относительно вялый «серебряный» всплеск при окончательном переходе к внутренней речи и чтению «про себя» (то есть переходе не просто к сознанию, а к самосознанию) и, наконец, превращается в своего рода филологические студии, расходящиеся тиражом в 200 экземпляров. Дмитрий Галковский создал новое произведение. Если «Бесконечный тупик» — это философский роман, то «Уткоречь» — филологический трактат. Состоит он из трех частей: изложения концепции, иллюстративной части и «таблетки», предупреждающей психологическую «отрыжку» прочих потомков поколения уток, поэтическая речь которого представлена во второй части трактата. «Преди(словие)» (в переводе на «основной текст») описывает систему философских координат, в которую помещены 294 стихотворения, составляющие вторую часть труда. Итоги русской культуры ХХ века на редкость интересны: после завершения советского периода, каденцией которого явилось творчество шестидесятников, а кодой — соц-арт, она вернулась к той точке развития, на которой ее постигло это нашествие гиксосов, — к своему «серебряному» всплеску. Составитель антологии не включил в свой труд «более-менее талантливые подражания русской поэзии» того же периода и даже тех же авторов, живописующих здесь утопический общественный рай широкими мазками общих мест. Талантливые стихи этого времени, продукты индивидуального творчества, он назвал антисоветскими, заметив, что они отвергались советским миром как обломки чужеродной культуры. Несмотря на то, что философская часть работы строится на устаревших концепциях, что ответственность снимается с автора самым расхожим из устаревших приемов — ироническим контекстом, что «автор» не чувствует тавтологичности своего «авторства», — надо признать: Д. Е. Галковский проделал важную работу по систематизации собранного его отцом стихотворного материала и показал ряд устойчивых словесно-идейных комплексов советского времени, отвечающих содержанию понятия «общее место эпохи». Дальнейшая работа с этим интереснейшим культурным материалом — дело будущих философов, филологов, психологов, социологов и культурологов. Скорее всего, то, что составитель антологии позиционирует себя как автор, покажется им запоздалым рецидивом одного из общих мест эпохи постмодернизма. Издание сопровождено именным указателем и библиографией.