Аукцион Bidspirit | Уникальное письмо — шуточный договор поэта

Уникальное письмо — шуточный договор поэта Михаила Кузмина на передачу попечительства о своем любовнике Павле Маслове художнику Константину Сомову ... - Уникальное письмо — шуточный договор поэта Михаила Кузмина на передачу попечительства о своем любовнике Павле Маслове художнику Константину Сомову и будущему личному секретарю и биографу Сергея Дягилева Вальтеру Нувелю. Дат. 12 июля 1906 года. Село Мартышкино, в доме Константина Сомова. [4] с. 21,3×13,5 см. «Покидая Александрию, поручаю друзьям моим Константину Сомову и Вальтеру Нувелю, заботу и попечение об оставляемом мною с грустью Павле Маслове. Причем вышеупомянутые попечителя обязуются 1). Сохранить вышеупомянутого Маслова в полном здравии и благополучии; 2). Доброю волею его не злоупотреблять, а наоборот удерживать от всяких излишеств; 3). От посторонних влияний и покушений оберегать; 4). Благосостоянию же его равно как и веселию его содействовать по мере сил и средств; 5). Память же обо мне отнюдь не искоренять, но наоборот укреплять и освежать; 6). И по возвращении моем передать мне оного Павлика в полное и неотъемлемое владение с прекращением всяких вышеупомянутых обязательств. В подтверждении чего подписую.., будучи в здравом уме и полной памяти. Михаил Кузмин. Свидетелем был „известной Вячеслав Иванов“ [автограф]. 12 июля 1906 года дано в селе Мартышкине в доме Константина Сомова. Договор сей читали и исполнить в точности обязуются „Вальтер Федорович Нувель“, „Константин Андреевич Сомов“ [автографы]». Скреплено гербовой маркой и сургучной печатью. Вальтер Нувель часто упоминается в дневниках М. Кузмина за 1906–1907 гг. как его спутник во время поездок в Таврический сад для знакомства с хорошенькими юношами; в это время он находился в любовной связи с Константином Сомовым. Кузмин был своим человеком и в доме Вячеслава Иванова, который, несмотря на глубокую любовь к жене, писательнице Лидии Зиновьевой-Аннибал, был не чужд и гомоэротических увлечений. В его сборнике «Cor ardens» (1911) напечатан исполненный мистической страсти цикл «Эрос», навеянный безответной любовью к молодому поэту Сергею Городецкому: За тобой хожу и ворожу я, От тебя таясь и убегая; Неотвратно на тебя гляжу я,  — Опускаю взоры, настигая... В петербургский кружок «Друзей Гафиза» кроме Кузмина входили Вячеслав Иванов с женой, Бакст, Константин Сомов, Сергей Городецкий, Вальтер Нувель, юный племянник Кузмина Сергей Ауслендер. Все члены кружка имели античные или арабские имена. В стихотворении «Друзьям Гафиза» Кузмин хорошо выразил связывавшее их чувство сопричастности: Нас семеро, нас пятеро, нас четверо, нас трое, Пока ты не один, Гафиз еще живет. И если есть любовь, в одной улыбке двое. Другой уж у дверей, другой уже идет. Для некоторых членов кружка однополая любовь была не органической потребностью, а всего лишь модным интеллектуальным увлечением, игрой, на которые падка художественная богема. С другими (например, с Сомовым и Нувелем) Кузмина связывали не только дружеские, но и любовные отношения. О своих новых романах и юных любовниках они говорили совершенно открыто, иногда ревнуя друг к другу. В одной из дневниковых записей Кузмин рассказывает, как однажды после кутежа в загородном ресторане он с Сомовым и двумя молодыми людьми, включая тогдашнего любовника Кузмина Павлика Маслова, «поехали все вчетвером на извозчике под капотом и все целовались, будто в палатке Гафиза. Сомов даже сам целовал Павлика, говорил, что им нужно ближе познакомиться и он будет давать ему косметические советы».