Аукцион Bidspirit | Парвус, А.Л. Правда глаза колет.

Парвус, А.Л. Правда глаза колет. Личное разъяснение Парвуса. Стокгольм: Издательство «Извне»; Тип. Прогресс, 19 - Парвус, А.Л. Правда глаза колет. Личное разъяснение Парвуса. Стокгольм: Издательство «Извне»; Тип. Прогресс, 1918. 70, [2] c. 20,2×14,2 см. Глухой коленкоровый переплет эпохи, с сохранением издательской обложки. Частичное выцветание переплета, утрата нижних уголков передней обложки и тит. листа, блок преимущественно чистый. Хорошая сохранность. Александр Львович Парвус-Гельфанд (1867-1924) — одна из самых таинственных и противоречивых личностей XX в., «революционер мысли» и авантюрист по призванию, безуспешно пытавшийся всеми доступными ему средствами изменить ход истории. Добившись с помощью многочисленных коммерческих махинаций финансовой и политической независимости, этот миллионер-социалист, мечтавший о социалистических революциях во всем мире и видевший возможность их осуществления прежде всего через падение царизма в России, капитализма в Германии, через ослабление и расчленение России, пытался использовать для достижения своих амбициозных планов не только международное социалистическое движение, немецких дипломатов и военных, но и большевиков. Но после отказа пришедших к власти большевиков в его въезде в Россию, после заключения Брест-Литовского мира, он стал их злейшим врагом, вел активную антибольшевистскую пропаганду в печати. В апреле 1918 г. Парвус опубликовал в Берлине на немецком и в Стокгольме на русском языке в основанном им издательстве «Извне» свою политическую биографию, наполненную грубыми нападками на германских левых социал-демократов и российских большевиков. Вот образчики его стиля: «Межеумки, недоноски цивилизации, оборванцы мысли, духовное тряпье! Лучшие из них не в состоянии подняться над будничной жизнью иначе, как по канату, протянутому другими. Когда их несколько, они образуют кучу; они от этого не делаются умнее, но становятся нахальнее». Себя же автор изображал последовательным и независимым революционером. «В области мысли я не знаю компромиссов. Для меня все подвержено критике, включая сюда также революцию и социализм, все понятия добра, зла, справедливости, нравственности... Ибо я — то, что вы, революционеры по чувству, по программе, по наслышке, по традиции, по случайным обстоятельствам, всего меньше понимаете, я — революционер мысли». Издание редкое.