Аукцион 1 Библиотека коллекционера: книги по искусству, каталоги и справочная литература
19.5.21
г. Москва, 1-й Люсиновский переулок, 3Б (Доходный дом "Шервуд"), Россия

Более 250 лет назад крупнейшие аукционные дома Sotheby’s и Christie’s начали свою историю с книжных аукционов, и мы решили продолжить эту традицию.

 

Мы отобрали 278 книг из нескольких библиотек коллекционеров из разных городов: Москвы, Екатеринбурга, Санкт-Петербурга. 

 

Мы очень трепетно относимся к книгам, особенно об искусстве, так как ежедневно обращаемся к ним за историей произведений и уточнением фактов при атрибуции предметов искусства. Мы любим посещать букинистические, антикварные магазины и постоянно пополняем собственный книжный фонд: иногда печатные издания содержат информацию, которой нет в сети. Это не только выручает в профессиональной деятельности, но и дарит ощущение причастности к чему-то таинственному, сакральному.

 

Эти ощущения мы хотим подарить и вам. Приглашаем к участию!

 

Обращаем внимание, что дата аукциона перенесена с 27 апреля на 19 мая 2021

Аукцион закончен

ЛОТ 131:

[Альбом-каталог] Михаил Врубель / Герман Михаил

Продан за: 420p
Стартовая цена:
200 p
Эстимейт:
1 200p - 1 500p
Комиссия аукционного дома: 15% Подробнее
теги: Книги

[Альбом-каталог] Михаил Врубель / Герман Михаил

Спб.: Паркстоун, Аврора, 2010. Серия: Великие мастера живописи

160 с., илл; 24,5 х 33 см

В издательском твердом переплете, в издательской иллюстрированной суперобложке. Отличная коллекционная сохранность.

Никто в России не сделал так много для становления символизма, для открытия и реализации принципиально новых пластических идей, как Михаил Врубель. Ему удалось завершить немногое. Слишком часто его гордые замыслы ломались о реальность, как тело Демона о каменистую землю. И все же он в "воистину жестокий век" жил воспоминаниями о золотом веке и надеждой на его возвращение. Только для собственного времени он не сумел стать своим. Суровая к художнику судьба оставила потомкам достаточно скупое наследие. Но оно столь значительно и столь долговечно, прежде всего, потому, что изначально обращено в будущее.