Аукцион Bidspirit | [ТОП ЛОТ] Вечтомов Н.Е. «Космический

[ТОП ЛОТ] Вечтомов Н.Е. «Космический барак». 2000 год . Холст, масло. Авторская подпись и дата в правом нижнем углу. На обороте подпись и авторское название- « Барак ночью». Размер 50 см х 100 см . Размер по раме 56,5 см х 107 см. - ВЕЧТОМОВ Николай Евгеньевич 10 апреля 1923 (Москва) — 17 апреля 2007 (Москва) Николай Вечтомов исторически принадлежит к числу первых имен в когорте признанных художников-шестидесятников. Его отнесение ко «второму русскому авангарду» убедительно практически по всем статьям: присутствие работ в главных собраниях, участие в этапных выставках неофициального искусства (клуб «Дружба» в 1967, павильон «Пчеловодство» на ВДНХ в 1975, «Другое искусство» в Третьяковской галерее в 1991), упоминания в литературе и научных публикациях, принадлежность к Лианозовской группе и даже включение в «список Гробмана» (есть те, для кого это особенно важно). Николай Вечтомов окончил школу 22 июня 1941, воевал под Сталинградом, на Курской дуге попал в плен, дважды бежал, ушел в партизанский отряд, целым и невредимым вернулся в Москву. В 1951 Вечтомов окончил Московское художественное училище памяти 1905 года, учился у М. Перуцкого, К. Дорохова, С. Бойма, В. Рубанова. С 1951 работал дизайнером на Комбинате декоративно-оформительского искусства. В середине 1950-х художник вместе с друзьями и однокурсниками В. Немухиным и Л. Мастерковой вошел в Лианозовскую группу. Начав, как и многие, с абстрактного экспрессионизма, Вечтомов быстро нашел собственную — мистическую, сюрреалистическую — манеру. «…Николай Вечтомов, пожалуй, единственный, кого не без оснований причисляют к сюрреалистам. …Его полотна — это окна, открытые в неведомый мир. Это не трансцендентный мир, даже не мир снов или подсознания. Это мир космоса. Не того космоса, о котором пишут фантасты. Точнее, он не стал им, потому что средства художника были иные. Он не натуралист, реконструирующий обстановку межпланетного путешествия. Он передает ощущение, среду миров, существующих или не существующих, и делает это убедительно. …Эти полуабстрактные, как бы вырезанные из тяжелых металлических плит плоские закругленные формы на фоне пронзительно красных или желтых небес иногда с условной полосой почвы, несомненно, создают определенное настроение…» (Л. Кропивницкий, 1965). «…Мои работы связаны не только с собственным состоянием, но и с общественными катаклизмами. Тайфуном, например. Эпичностью легенды. У меня сложный ассоциативный ряд. Мне подсказывает внутренний голос. Название рождается в процессе работы, тогда же возникают и новые идеи… Так, например, работа «Древние стены» создана под впечатлением от посещения Борисоглебского монастыря» (Н. Вечтомов). Экспонировался с 1961. В том же году в Москве состоялась первая персональная (квартирная) выставка художника. Принимал участие во многих групповых выставках в СССР и за рубежом, в том числе: 1967 — выставка произведений 12 московских художников (клуб «Дружба», Москва); выставка живописи и графики из собрания А. Глезера (Тбилиси); 1974 —Progressive Stromungen in Moskau 1957–1970 (Museum Bochum, Бохум, ФРГ); 1975 — выставка живописи московских художников (павильон «Пчеловодство», ВДНХ, Москва); 1991 — «Другое искусство» Москва. 1956–76 (ГТГ, Москва). Имя Николая Евгеньевича Вечтомова (1923–2007) ассоциировалось с условной Лианозовской группой (членами которой были, в частности, Оскар Рабин, Владимир Немухин и др.). Условной — потому что, по легенде, сам термин «Лианозовская группа» измыслили в МОСХе, для убедительности, как обозначение преступного сообщества, когда придумывали формулировки для исключения из Союза художников Евгения Кропивницкого. Что еще? Фронтовик, партизан, герой войны, бежавший из плена и по счастливой случайности не попавший под каток послевоенных сталинских репрессий. Самобытный жанровый стиль художника не нашел пока единого устоявшегося определения. Говорят и о биоморфном сюрреализме, и о декоративном космизме, и о лирическом экспрессионизме, и о символьном абстракционизме, и даже об игре безнатурных структур и форм в пространстве. И все верно. И все точно. Самобытные работы Вечтомова очень узнаваемы. Настолько, что достаточно один раз увидеть — и больше почти не ошибаться, несмотря на всю причудливость и разнообразие используемых образов. Запоминающиеся формы в его композициях — «клинки», аморфные массы, неземные пейзажи, нередко сочетающиеся с фигуративными элементами (то змеем, то монастырем, то еще чем). Особенно хороши его яркие работы, с красочными контрастами до рези в глазах. В некоторых поздних вещах особенно чувствуется скрупулезность и ремесленная тщательность труда — аккуратная геометрия под линейку, ровно, словно пульверизатором, закрашенные плоскости. Не всем это нравится, в картинах зрители привыкли видеть больше спонтанного. Однако знатоки не видят в специфической ремесленной тщательности проблемы. Многим из них, наоборот, приятно иметь дело с вечтомовскими вещами, сделанными профессионально безупречно.