Аукцион Bidspirit | N. [Либерал-эквилибрист.] Б.М. Экономические и

N. [Либерал-эквилибрист.] Б.М. Экономические и финансовые заметки. - С.-Петербург. Издание Придворного Книгопродавца К. К. Ретгера (под фирмою Шмицдорф), 1881. - 173, [1] с., табл. Твердый комбинированный владельческий переплет без сохранения издательской обложки, обычный формат (15.5 х 22.8 см). Потерт переплет; единичные пятна на страницах; отметка букинистического магазина на нахзаце, библиотечные атрибуты; фотография представлена для справки и не является частью лота. Перепечатано из журнала ”Отголоски”. На фото № 5: Либерал-эквилибрист, ловко колеблющийся во все стороны и отыскивающий благоразумную середину. Карикатура на Валуева в сатирическом журнале «Искра», 1862, № 21. [Единственное и прижизненное издание работы графа (1880) Пётра Александровича Валуева (1814 — 1890) — министра внутренних дел (1861—1868), разработчика земской реформы 1864 года, действительного тайного советника и почётного члена Петербургской Академии Наук. Благодаря связям, трудолюбию, знанию иностранных языков, умению говорить и писать официальные бумаги, но всего более благодаря искусному лавированию между противоположными течениями, он сделал блестящую карьеру. В 1858 году Валуев был назначен директором 2-го департамента министерства государственных имуществ. Не теряя симпатий либеральной партии, он сумел понравиться и своему начальнику М. Н. Муравьёву. Муравьёв нередко возлагал на Валуева составление возражений на проекты, вырабатывавшиеся редакционными комиссиями; Валуев по собственному выражению был «пером оппозиции» — то есть оппозиции делу освобождения крестьян. В бытность Валуева министром внутренних дел проведены две важные реформы: земская 1864 г. и цензурная 1865 г. Обе реформы имели половинчатый характер, и все-таки тотчас же после их проведения сам Валуев начал борьбу как с земством, отстаивая прерогативы администрации, так и с печатью. Уже с 1866 г. начали появляться новеллы к цензурному уставу, которыми печать стеснялась все более и более; новые журналы и газеты разрешались Валуевым с крайним трудом, а из ранее существовавших даже органы Каткова и Аксакова, не говоря уже о либеральных, подвергались предостережениям и запрещениям. В сочетании свободы с порядком, как его понимал Валуев, первая должна была постоянно уступать второму.]