от Галерея Веллум
21.7.24
Россия
Аукцион закончен

ЛОТ 32:

Олег Целков. Портрет Аллы Онищенко.


Стартовая цена:
3 000 000 p
Комиссия аукционного дома: 15%
Аукцион проходил 21.7.24 в Галерея Веллум
теги:

Олег Целков. Портрет Аллы Онищенко.

1973 г. Холст, масло. 60х40

Олег Целков «Портрет Аллы Онищенко». 1973. Холст, масло. 60х40

 

Еще в ранней юности судьба привела будущего экспериментатора к тайным запасникам Третьяковской галереи, где ему открылись тайны первого русского авангарда, и он получил возможность копировать работы мастеров 1920–30-х годов. Сын русского крестьянина, «человека земли», и еврейской матери родом из Белоруссии, Олег Целков вобрал в себя культуры разных народов, очевидно, унаследовав тот сплав мировоззрений, которые формировались веками в среде разных консервативных ментальностей. Он – словно дитя эпохи модерна, а его семья была своего рода символом новой жизни после революции, когда на уровне идеи стремились к смешению всевозможных культур, а их синтез должен был породить «нового, совершенного человека будущего». Благодаря этой своей «маске» – или «морде» – Целков посредством цвета и объемов словно оживляет неживое, и оно бесконечно движется на нас. Художнику удается достигнуть той степени динамики, которая преодолевает статическую плоскость холста: где-то что-то высветляется или уходя во мрак. Портрет для Целкова это зеркало общества и одновременно и внутренняя проекция.

 

Надо отметить, что у «нового советского человека» было сильно развито фольклорное мышление, поскольку большинство советских людей формировалось в контексте народной, низовой культуры.

 

Авангард 20-х «играл» с этими истоками, но их переработка вряд ли была понятна большинству людей, не умевших по началу читать и писать. С наступлением эпохи оттепели появилось, в результате естественной смены поколений, и поколение художников, исследующих эти предания, забытые или запрещенные официальной доктриной как отжившие себя. Некоторые из них интуитивно или сознательно обращались к глубокому изучению древних культур, пытаясь понять, как формировалась наша цивилизация и куда же ведет людей современность, в рамках которой они существуют.

 

Ценная картина раннего периода «Портрет Аллы Онищенко» 1973 года относится к знаменитой серии портретов современников, «подвешенных на гвоздях». Уже тут колористическое решение ограничивается несколькими спектральными цветами. Сюжет – то ли отсылка к театральной маске (Целков работал в театре) то ли интуитивное обращение к архаике: например, у германо-кельтов был обычай прибивать головы принесенных в жертву к деревьям. Одновременно голова у древних - это храм в котором обитает животворящее божество. Вобрав в себя все древнейшее, человеческое, преобразовав его в своем настоящем, художник констатирует, что словно само время символически приносит в жертву его близких друзей и единомышленников. Портрет в брутальных тонах для Целкова – это зеркало общества и одновременно и внутренняя проекция: ухвачена сама суть, индивидуальность портретируемого во контексте его современности и в контексте судьбы целого поколения. А еще это сказочный «Голем» Целкова – это очень изменчивая метафора с, казалось бы, безграничным символизмом. В еврейской мифологии данное существо полностью создано из неживой материи, обычно глины или грязи. Это может быть жертва или злодей, мужчина или женщина, а иногда и то, и другое. Мифическое антропоморфное существо, где под антропоморфностью подразумевается перенесение человеческого образа и его свойств на сверхъестественных существ или в область абстрактных понятий. В Псалмах, каббале и средневековых писаниях слово «голем» использовалось как термин для обозначения бесформенного материала.

 

Все големы создаются из грязи именно теми, кто близок к божественности. И в данном случае Целков как творец-создающий – режиссер «театра нашего бытия» – постоянно воспроизводит то, что, по его словам, сам не может понять. А сам акт создания этого вечного болвана, мутировавшего гиганта мыслится как некое забавное безумие. В эпоху оттепели проблема индивидуального в коллективном – частый предмет изучения. Затрагивая проблему личности, художник констатирует тот факт, что субъект способен растворяться в коллективном бессознательном, в ядре своего архаического начала. «Для меня не было и нет ни учителей, ни правил. Единственный закон – это я. Я и начало, и конец бытия», – говорил о себе сам мастер, решив поставить себя на место Бога. «Да будет человек!» – словно провозглашает иронически Целков и создает, по его собственным словам, «Морду» – активизировав древнейшие свойства обезличенной материи. И в этом смысле будь то маска, повешенная на гвозде, или «глиняный» истукан Целкова – все это напоминает «незавершенного человека» в глазах Бога.